О самовольном строительстве старообрядческой часовни в деревне Нижне-Уймонской и личность инока Иосифа по делам 1829 года

Составитель: Tengri Khan

Из дела РГИА «ф. 1284, оп. 198, д. 59» 1838го года, разобранном исследователями ещё в 20м веке, было известно, что при допросе пойманный инок Иосиф назвался Иваном Гудковым.

Но в недавно найденном (исследователем истории убинских деревень - Анастасией Позёминой) документе ИАОО «ф.3. оп.13. д. 17858» о старообрядческих часовнях в деревнях Секисовке, Бобровской и Тарханке, содержалось и дело 1829го года о часовне в деревне Нижне-Уймонской. Той самой, которая упоминается в «Путешественнике». Так же там содержится протокол допроса Иосифа Абакова, из которого мы узнаем, что звали его до пострижения Варфоломеем Абаковым и прибыл он с товарищами из Оренбургской Губернии Троицкого уезда Кундравинской волости с сыном Дионисием. Из дела ГАТО «ф. 263, оп. 1, д. 108» 1829го года мы узнаем, что действительно в деревне Ая жил Дионисий Варфаломеев Абабков с женой Ульяной и сыном Артемием. В деле НА РБ «ф. И-138, оп. 2, д. 341» ревизской сказке Кундравинской слободы 1816 года мы найдем Варфаломея Трофимова Абабкова и Дионисия Варфоломеева с женой Ульяной и сыном Артемием.

Очевидно, что это одни и те же люди, скорее всего вполне официально прибывшие в Томскую губернию, в следующей ревизии по Кундравинской слободе 1834го года они уже отсутствуют, как и данные о том, когда были отчислены.

Так же из дела НА РБ «ф. И-138, оп. 2, д. 111» мы можем узнать, что в Кундравинскую слободу они прибыли по указу казенной палаты в 1796м году из Шадринской округи.

Эти новые данные ставят под сомнение показания более позднего дела 1838го года. Возможно Иосиф намеренно дал о себе неверные данные, чтобы отвести от сына (потомки которого присутствуют в переписи 1917го года и вероятно живут в тех местах и поныне) возможные проблемы. Кроме того, судя по данным из ревизий, Иосиф родился в 1756м году, а значит 1838му ему было за 80, что наводит на версию, что настоящий Иосиф мог к тому времени и умереть, а допрашиваемый выдавал себя за него.

В приложении приведен текст дела о часовне:

Секретно

1829 года ноября 14го дня

Дело
О самовольном построении жителями деревень Нижне и Верх-Уймонских старообрядческой часовни.

Бийского Земского Исправника предписание о доставлении к спросу всех лучших людей деревень Верхне и Нижне Уймонских 17го ноября 1829. №118.

Деревни Верхне Уймонской сельскому старшине Авдею Бочкареву.

По дошедшиму до меня сведению, что Бийской округи, Смоленской волости, в деревне Нижно-Уймонской выстроена самовольно обществом вновь старобрядческая часовня.

Почему имеешь ты немедленно вместе с сим предписанием предстать ко мне для спросу с лучших жителей деревень Верхне и Нижно уймонской. Бийский Земской Исправник Серебренников.

Вашему благородию имею честь представить при сем требуемом Вами деревень Нижно и Верхне-Уймонской лучших жителей личною прозбою старшины Авдея Бочкарева и приложил мещанин Степан «неразборчиво»

Свидетельство

1829го года ноября 15го дня свидетельствана вновь выстроенная без позволения начальства в 1825м году Бийской округи Смоленской волости в деревне Нижне-Уймонской старообрядческая часовня, по которому и оказалось: означенная часовня построена из новаго еловаго и лиственичнаго дерева о трех отделениях длиною 7 шириною с одного конца 3, а с другого 6 сажень, в ней четыре окна и крыта тесом. В строении сем шесть комнат, одна под сенями, другая под стряпущою избою, третья под погребом, а прочие три назначены для помаления Богомольцев с разделением особо мужеского, и особо женскаго пола. Во второй комнате из сеней на передней стене в трех верхних ярусах поставлено в иконостав 24 иконы, писанныя краскою на деках и на иных есть венцы медные украшенныя стразою и другими простыми камушками, и приних поставлено и врезано в деки разных медных образов числом десять, в нижнем же ярусе вовсю ширину комнаты по красной канфе обложенной по краям голубыми и синими шелковыми лентами, нашито из шелковой материи сем крестов же, сверх того по стенам в разных местах видно так же медных 20ть образов. Посреди часовни, при самом иконоставе поставлен в виде престола четырехугольной, облаченный белым коленкором налой, а с переди его по внешни пелена синей китайки, и на ней вшит бланжевого цвета шелковой лоскут в длину 7, а в ширину 6 вершков с изображением шитаго же золотом креста и кругом его многих разных букв. На налою сем поставлено резное распятие, писаное краскою ис позолотою на полименте, а по бокам же его два складные медные образа, врезанные в дерево. Сверх того разных служебных 12 книг, кадильница медная, семь медных и пять стеклянных ломпад, воску 10ть фунтов, яиц крашенных 10ть, бутыль с ягодным морсом, две с водою бутылки, два блюдца медных, шкаф некрашенный, три налоя, 10 восковых длинных и два огарка больших свечь, две камилавки, из коих одна схимическая, с изображением наверху ее повыше мерлушчетаго окола слов, шитых шелком: С Боже, С Крепкий, С Безсмертным помилуй нас, так же четырех крестов и наверху в малом виде Ангела Херувима, две мантии, один клобук и 19ть разной величины подручников. Вне часовни повыше кровли в особом фонаре, покрытом тесом, повешано четыре медных колокола, весом два пуда. И наконец, поучинению всему сему осмотру у назначенной часовни земелским исправником Серебренниковым впредь доповеления от высшего начальства, припечатаны сургучем четыре окна и двои двери вводящие в часовню. Свидетельствовал Бийский Земской Исправник Федор Сребренников.

При сем свидетельстве были Смоленской волости Государственные крестьяне: Александр, Николай и Яков Ошкоковы, из инородцев старшина Авдей Бочкарев и Асон Атаманов в том и подписуются к сему свидетельству прозбою крестьянен Александра и Якова Ошкоковых и за себя Николай Ошкоков руку приложил к сему свидетельству прозбою старшины Авдея Бочкарева и за себя Асон Атаманов руку приложил.

1829 года ноября 16 дня Бийской округи деревни Верхне-Уймонской старшина ясашный крестьяинин Авдей Бочкарев по сему делу о построенной в деревне Нижне-Уймонской старообрядческой часовне, Бийским Земским Исправником спрашиван и показал:
Авдей Гаврилов сын Бочкарев от роду 45 лет, старообрядец секты поповщины, на исповеди и у Св. причастия бывает каждогодно как у священников села Смоленского, а иногда у Инока Иосифа, находящегося при часовне в деревне Нижне-Уймонской состоящей, под судом, в штрафах и наказании небывал, женат, детей и дом имеет, Государственные подати и все земские повинности уплачивает без доимочно. В прошлом 1823 году с общего согласия жителей деревень Верхне и Нижне Уймонской без дозволения высшего начальства застроена была в деревне Нижне-Уймонской часовня, на которую в прочем, как он слышал, имеется предписание от бывшего в то время отдельного заседателя Тихобаева,а окончена она строением в начале 1825 года, равно и служба стала в ней совершаться того же 1825 года. Часовню сию видел покойный Земской Исправник Затинщиков; но чинил ли сей свидетельство, он Бочкарев, не знает, службу в часовне сей, равно и все мирские требы, как то крещение исповедь и погребение понастоящее совершает означенный инок Иосиф, как наставник секты, а некоторые другие крестьяне, имянно: Трифон Ошлыков и Иван Змановский занимаются чтением и пением в часовне во всякое время, в чем и подпиуется к сему допросу личною прозбою страшины Авдея Бочкарева руку приложил мещанин Степан «неразборчиво».

Показание отбирал Бийский Земской Исправник Сребренников.

1829го года ноября 16 дня Состоящий прежде Оренбурской Губернии Троицкаго уезда Кундравинской волости, а в 1823м году перечисленный поздешней Губернии в деревню Нижне-Уймонскую Государственный крестьянин Варфоломей, а по пострижению в иночество схимника назван Иосиф Абабков, по делу о построении в деревне Нижне-Уймонской старообряческой часовни с объявлением ему о показании истинны указа 10го февраля 1763 года, Бийским Земеским Исправником Спрашиван и показал: Иосиф Абаков, инок, посвященный в схимничество, отроду 57 лет, грамотен, на исповеди и у св. причастиия бывает у старообрядческих священников, приезжавших повремянно в деревню Нижне-Уймонскую, вдов, имеет сына Дионисия Абакова, проживающего Смоленской волости в деревне Айской, пострижен в монашество назад тому 20ть лет священноиноком Иоасафом, проживающим в Иргизких монастырях, под судом, в штрафах и назказниях не бывал. Государственные подати и все повинности уплачивает за него означенный его сын. В прошлом 1823 по приезде его Иосифа с товарищами своими на жительство в то место, где ныне застроена деревня Нижне-Уймонская нашли много строевого леса, нарубленного крестьянами и Иваном и Егором Старыгиными, которые ныне жительство имеет в Айской деревне, то посему он Иосиф настаивал у общества построить из сего леса часовню, которая в том же 1823 году и застроена, а окончена постройкою в 1825 году, но позволения на предмет сей от вышаго начальства не было, кроме того что бывший отдельный заседатель Тихобаев словесно дозволял всему обществу производить достройку часовни. По окончанию же часовни и по освящению оной старообрядческим священником Иваном Михайловым находившимся Томске, он Иосиф не производил службы, кроме начала оной и каждения, а иногда руководствуясь позволением означенного священника при случае смертном возрастных исповедует и приобщает получаемыми из Екатеринбурской старообрядческой церкви сухими запасенными дарами, а младенцев погружает в воду со словами: во имя отца Аминь, и сына Аминь, и Св. духа Аминь, крещается раб Божий Имярек. Чтоже касается до совершения литургий и Св. причастия: то он сего не делает, не имея на себе священства, впрочем означенную часовню видел и Г. Бывший Земской Исправник Шибанов, но доносил ли о сем он Высшему Начальству он крестьянин Иосиф не знает, в чем и подписуется.

К сему показанию инок Иосиф руку приложил.

Показания отбирал Бийский Земской Исправник Федор Сребренников.

Дана очная ставка Иноку Иосифу и Старшине деревни Верх-Уймонской Авдею Бочкареву в разсуждении сделанного ими противоречий, на которой последний пред всем обществом сознался, что он точно исповедовался и приобщался тайком от Инока Иосифа, но во время тяжкой его болезни, в чем и подписуется Инок Иосиф к сей очной ставке и личной просзбой старшины Авдея Бочкарева руку приложил Асон Атаманов

1829 года ноября 16 дня Бийской округи деревни Нижне-Уймонской Государственный крестьянин Иван Змановский и Трифон Ошкоков противу показаний старшины Авдея Бочкарева с объяснением о показании истины указа 10 февраля 1763 года Земским Исправником Сребренниковым спрашиваны и показали:

1й Иван Егоров Змановский от роду 50ти годов, читать и писать умеет, старообрядец секты поповщины на исповеди и у святого причастия бывает у старообрядческих священников, вдов детей и дом имеет, в подать Государственную не заплачено за пять лет, потому что он будучи переходец из Пермской губернии, непричислен ещё по здешней Губернии, действительно он по временам ходит в часовню и читает равно и поет всё то, что нужно по уставу при справлении службы, но оную исправляет инок Иосиф, кроме литургии, а приобщает Св. запасенными дарами только тогда, когда возраст имеющий бывает близок к концу жизни, в чем подписуется. к сему показанию [кресянине трисянин] Иван Егоров Змановской руку приложил.

Показание отбирал Бийский Земской Исправник Федор Сребрянников.

2й Трифон Александрович Ошкоков отроду 16 лет, старообрядец секты поповщины, грамоте учен, но писать не умеет, на исповеди и у Св. причастия Бывает у старообрядческого священника Ивана Михайлова, утверждает показание отобранное от крестьянина Ивана Змановского во всем согласно и без перемены, в том и подписуется. К сему допросу личной прозбой крисьянина Трифона Ошлокова руку приложил инородец Василей Нагибин.

Показание отбирал Бийский Земской Исправник Федор Сребрянников.

1829го года ноября 16 дня жители Бийской округи деревни Верх-Уймонской инородцы:
Мартын Макаров 60 лет,
Сергей Бочкарев 30 лет,
Василей Нагибин 40 лет,
Агафон Черных 63 лет,
Василей Бызов 47 лет,
Асон Атаманов 39 лет,
Осип Атаманов 36 лет,
Василей Атаманов 76 лет,
Павел Шарыпов 46 лет,
Михайло Бочкарев 25 лет,
Кузма Мамонтов 22 лет,
заводской крестьянин Харитон Болтовский 30 лет,
деревни Нижне-Уймонской Государтсвенные крестьяне:
Сергей Ошкаков 62 лет,
Яков Ошкаков 62 лет,
Александр Ошкоков 56 лет,
Николай Ошкоков 25 лет,
утверждаем показание отобранное от старшины их Авдея Бочкарева относительно построения часовни, кроме того, что инок Иосиф литургии и тайны не совершает, исповедует и приобщает запасенными дарами при случае только смертном, в чем и подписуемся к сему показанию личной прозбою выше писаных крестьян Мартына Макарова кроме Николая Ошкокова и Василея Нагибина и за себя инородец Асон Атаманов руку приложил к сему показанию за себя крестянин Николай Ошкоков руку приложил к сему показанию за себя инородец Василей Нагибин руку приложил.

Показание отбирал Бийский Земской Исправник Федор Сребрянников.

Противу показания отобранного Бийским Земский Исправником Серебренниковым от крестьянина Смоленской волости Иосифа Абабкова, Бывший Бийский Земской Исправник Шабанов сим объясняю: что я выстроенную Бийского уезда Смоленской волости в деревне Верх-Уймонской часовню в проезд чрез тою деревню незадолго перед сменою своею от должности исправника видел, и узнав от жителей, что означенная часовня выстроена ими в 1823м году, а совершенно отделана и производятся в ней богослужения в начале 1825го года, то есть в бытность ещё покойного исправника Затинщикова, который приезжал к ним в деревню Верх-Уймонскую и видел тою часовню, почему я и полагал, что об ней сим Затинщиковым донесено было начальству, а потому и не почел за нужное входить о сем с новым донесением; из дел же бывших на руках у Затинщкова, и найденных мной поступлении к должности Исправника в сильном беспорядке извлеч сведения о сказанной часовне за смертию его не было никакой возможности. Бывший Чарышский Земской Исправник Шабанов.

-----небольшое примечание о Иване Михайлове-----

С 1822 или 1823 года и до середины 1830-х годов в Томске проживал старообрядческий священник Иван Михайлов Грузинский, отправлявший богослужения в часовне, устроенной в доме купца Мыльникова. Грузинский прежде священствовал в селе Архангельском Тульской Епархии, Каширской округи, и за усердное служение церкви был награждён набедренником и скуфьёй. В 1819 году он испросил у своего начальства увольнение на один месяц для поклонения святыням Троице-Сергиевой лавры, но обратно в свой приход уже не явился. Старообрядцы успели сманить доселе почтенного иерея в Средне-Никольский монастырь на Иргизе, откуда его вызвали к себе иркутские раскольники. Доехав до города Томска, Грузинский остановился в нём и дальше следовать не захотел.

В 1830 году к нему уже обращались за требами крестьяне таких отдалённых от Томска волостей, как Бийская, Алтайская, Чарышская, Колыванская. Отселе его приход мы должны представлять в размерах огромной епархии, и неудивительно, что, несмотря на постоянные разъезды, Грузинский всё же не успевал справляться с нуждами своих многочисленных и широко рассеянных прихожан.

Д.Н. Беликов, «Томский раскол», 29-31 стр.

Во всем это четко прослеживается связь с Иргизскими монастырями, основанные беглыми раскольниками, которые добровольно вышли из Польши за несколько лет до уже насильного вывода алтайских «поляков» и забайкальских «семейских».

В 1760–1764 годах беглых крестьян раскольников, поселившихся на реке Иргиз по указу императрицы Екатерины II решили не возвращать прежним владельцам, а оставить на месте и приписать к дворцовым (казённым) волостям. Однако помещикам, чьи крепостные оказались среди них, полагалась компенсация или зачёт в рекрутскую повинность на будущее. (12538. XVII том законов Российской Империи).

Судя по всему постоянно на протяжении десятков лет так или иначе поддерживалась связь между «поляками», иргизцами, уймонцами и «семейскими», объединенных не только верой, но и родственными связями. Вероятно ещё по-этому более позднее поколение уймонцев считало, что они тоже из «поляков», что являлось правдой, но лишь частично (большая часть их все же была из родом из сибирских старожил).

DOI 10.5281/zenodo.18244311